Анатолий Шестаков 

Сахалин, 50-я параллель

 (Разграничение) 

Заметки к статье Н. Обручева

 «Разграничение острова Сахалина»

(1908 год). 

***

Часть первая

Введение в историю

 

Глава первая

 Новые сведения. Поиск в НЭБ и РГБ. Статья Н. Обручева. Подготовка статьи к печати. Русские меры и географические названия и др. Река Поронай с буквой «а». Календарь (старый стиль). Полковник Лилеев. Прибытие японской разграничительной комиссии во Владивосток.

Русская история разграничения острова Сахалина между Россией и Японией (1906-1907) постепенно пополняется новыми сведениями, которые становятся общественным достоянием Рунета. 

    Так на сайте Национальной электронной библиотеки (далее-НЭБ) из фондов Российской государственной библиотеки (далее-РГБ) были опубликованы сканы главной военной газеты царской России «Русский инвалид», на страницах которой напечатана статья Н. Обручева «Разграничение острова Сахалина» за 1908 год.  (Приложение 1).

В этой связи в начале 2026 года я обратился в РГБ с просьбой разрешить мне опубликовать статью о разграничение Сахалина на страницах персонального блога «Первомайский» и получил соответствующее юридическое разрешение из РГБ на ее публикацию.

 

Во время подготовки текста к печати я заменил устаревшую орфографию с тем, чтобы повысить читаемость текста в условиях интернета.

Расшифровал сокращенные слова, перевёл дробные в десятичные числа, а в скобках указал правильное звучание иностранных слов и др.

 

Перевел старые меры русских весов и расстояний в современные меры, такие как «пуд» (1 пуд = 16,3805 кг), «верста» (1 километр = 0,937 версты) и «сажень» (1 сажень =2,1336 м).

Восстановил по документам искаженные географические названия, такие как остров Монерон и деревня Хандаса и др., поскольку, возможно, сканер не распознал буквенные знаки, с которыми мы часто сталкивался на практике. Например, до разграничения острова Сахалина деревня «Хандаса» называлась «Хамдаса», а во время и после разграничения название стали писать на японский манер – Хандаса.

Кроме того, для чистоты звучания оставил современное название реки Поронай, заменив в первом слоге реки букву «а» на букву «о». Название «Паронай» через букву «а» повторяется в статье более тридцати раз, и мне кажется, что это была не ошибка сканера, а фактический источник, которым воспользовался автор статьи.

 

В частности, ниже будет указан как фактический источник, так и книжный, автором которых является один человек – председатель русской разграничительной комиссии острова Сахалина 1907 года полковник Лилеев. Причем в книжном источнике название реки Поронай будет написано у полковника Лилеева через букву «о» в первом слоге.

Что касается датировок, то они оставлены мною в старом стиле, как в тексте. Поэтому, если кто-то из читателей захочет самостоятельно узнать новый стиль, то для этого к каждому числу дня ему следует прибавить тринадцать дней. Например, если к 1 мая (по ст.ст.) прибавить тринадцать дней, то по новому стилю это будет 14 мая.

Сначала я хотел опубликовать статью без предисловия, но в процессе подготовки к печати понял, что относительно разграничения острова Сахалина необходимо прояснить некоторые вопросы 118-летней давности, которые остались за рамками данной статьи.

Итак, с первых строк автор предупреждает читателей, что основным источником для статьи послужил «подробный отчет председателя комиссии по разграничению острова Сахалина, генерального штаба полковника Лилеева» за 1907 год. И хотя автор с сожалением констатирует, что «размеры газетной статьи» не позволили ему «более или менее подробно остановиться на трудах этой комиссии», тем не менее, статья была настолько большой, что её печатали в газете на протяжении трёх номеров.

Следует отметить, в статье указаны лишь основные результаты работы русской разграничительной комиссии за 1906 год. 

Относительно работы японской разграничительной комиссии автор будет соблюдать предельную осторожность. И это не удивительно, поскольку его статья в «Русском инвалиде» была опубликована через два дня после прибытия во Владивосток японской разграничительной комиссии для «обмена разграничительных планов».

 

Глава вторая

Отчет полковника Лилеева. В чей адрес направлялись отчёты. Кому подчинялась русская комиссия. Военное ведомство. Главное Управление Генерального Штаба Кем были Н. Обручев и полковник Лилеев. Лилеев – автор очерка «Остров Сахалин». Деятельность полковника Лилеева, как председателя русской комиссии. Приглашение в Японию. Впервые об «Аллее Лилеева». Поездка в Японию. Встреча с Микадо.

 

Итак, статья Н. Обручева была написана на основании отчёта председателя русской разграничительной комиссии полковника Лилеева. И это несмотря на то, что отчёты полковника Лилеева значились под грифом «секретно» относительно разграничения острова Сахалина.

В это связи остановимся на движении отчетов от полковника Лилеева до Главного Управления Генерального Штаба.

 Русская разграничительная комиссия напрямую подчинялась Приамурскому генерал – губернатору и все доклады о ходе разграничительных работ 1907 года полковник Лилеев, несомненно, направлял в его адрес. Причем наиболее важные выдержки из его докладов направлялись в Главное Управление Генерального Штаба. Поэтому нет ничего удивительного в том, что накануне прибытия японской разграничительной комиссии во Владивосток Военное ведомство поручило, как я полагаю, начальнику отделения Главного Штаба, Николаю Обручеву, написать статью о разграничении острова Сахалина, используя для этого один из докладов полковника Лилеев. Возможно Николай Обручев лично знал полковника Лилеева, который являлся начальником того самого отделения Главного Штаба с ноября 1904 года по декабрь 1905 года.

Как известно, во время своей службы в Главном Штабе полковник Лилеев написал географический и статистический очерк «Остров Сахалин», который под грифом «секретно» был издан с разрешения начальника Генерального Штаба в 1906 году. Именно об этом очерке упоминает в своей статье Николай Обручев, сказав о полковнике Лилееве, что «это был человек, основательно изучивший Сахалин» и, возможно, не без сожаления, отметил, что из-за грифа секретности его книга отсутствует в продаже.

Касаясь взаимоотношений между председателями русской и японской комиссий, следует отметить, что автор статьи отдаёт предпочтение русской стороне, показывая при этом энергичную деятельность полковника Лилеева и его дипломатичность, проявленную в решение различных вопросов, связанных разграничением острова Сахалина. Например, автор пишет об успешной договоренности полковника Лилеева с председателем японской комиссии полковником Осима относительно японской помощи в восточной части границы, съёмке местности и др.

В этой связи следует добавить, что в ходе разграничения острова Сахалина полковник Осима официально пригласил полковника Лилеева, по окончании разграничительных работ,  посетить Японию.

Кроме того, он назвал новую дорогу, ведущую от границы в японскую деревню (лагерь) «Сакай», в честь полковника Лилеева,  собственноручно написав на доске название аллеи («Аллея Лилеева»)*. Не исключено, что таким образом полковник Осима пытался остановить напористость председателя русской  разграничительной комиссии.

Как следствие, с Высочайшего соизволения он был командирован в Японию, куда и отбыл примерно через двадцать один день после подписания 28 марта 1908 года во Владивостоке «Акта разграничения острова Сахалина между Россией и Японией».

        

К сожалению, в нашей истории отсутствуют какие-либо сведения о результатах командировки полковника Лилеева в Японию, но, к счастью, сохранилась хронологии его пребывания в стране восходящего солнца, которая встретила его на высшем уровне, включая микадо. Например, 28 апреля 1908 года в «Русском инвалиде» впервые появится короткое сообщение из Токио, в котором будет говориться о том, что встреча полковника Лилеева «носила чрезвычайно торжественный характер».  Кроме того, в Цуруге он будет «встречен представителями военного и морского министерств и всеми властями», а в Токио у него «состоятся приемы у виконта Тераучи, графа Гаяши, барона Саито, генерала Оку и сахалинскою японскою комиссиею».

         

2 мая 1908 года «Русский инвалид» опубликует самую короткую телеграмму Санкт-Петербургского Телеграфного агентства из Токио от 1-го (14-го) мая о том, что «Микадо принял сегодня в аудиенции полковника Лилеева».

_____________

* Публикуется впервые.

Глава третья

О дружественных отношениях с японской комиссией. Обед в «Золотом Роге». Речь японского председателя о взаимоотношениях с русской комиссией. Тайны разграничения острова Сахалина. О «каменных пирамидах». Двуглавый Орёл. Японский проект границы. Тайное послание в адрес России. О пограничных столбах. О доставке столбов к местам установки. Молчание о стоимости столбов и др.

 

         В статье Н. Обручева довольно слабо отражены дружественные отношения с японской разграничительной комиссией. В этой связи, приведу небольшой эпизод, который указывает на это упущения со стороны автора статьи. 

         Так, 25 марта 1908 года, то есть через шесть дней после окончания публикации статьи Н. Обручева, в «Русском инвалиде» будет напечатано короткое сообщение из Владивостока об «ответном обеде» в ресторане «Золотой Рог», «данный японской разграничительной комиссией». В частности, в сообщение будет говориться, что председатель японский разграничительной комиссии генерал-майор Осима, в «длинной речи» сказал, что «совместные работы комиссии в течение почти двух лет прошли настолько дружно и с таким единодушием, что, несомненно, послужат в будущем залогом дальнейшей прочной дружбы двух соседних дружественных наций».  В этом смысле японский председатель, как никто другой знал цену двухлетних «совместных работ» с «дружным» и «единодушным» мнением, за фасадом которых скрывались многочисленные тайны разграничения острова Сахалина.

Вероятно, одной из таких тайн стало полное отсутствие упоминаний в статье относительно изображения российского Двуглавого орла на пограничных столбах. Вместо этого автор упомянул о четырёх установленных на границе «больших каменных пирамидах на прочных бетонных основаниях», именуемых, как мы знаем, «астрономическими граничными столбами». Именно на этих «пирамидах» были изображены российский Двуглавый орёл и японская хризантема, о которых автор, по всей видимости, намеренно умолчал.

Таким образом, со стороны автора в адрес японской разграничительной комиссии было послано зашифрованное, на мой взгляд, послание, относительно условного изображения российского государственного герба на «каменных пирамидах», выполненных японской стороной. Японцам не составило бы труда расшифровать это послание, тем более, накануне подписания акта разграничения острова Сахалина между Россией и Японией.

Несомненно, японцам гордились тем, что своей «демаркацией границы на острове Карафуто» они претворили в жизнь грандиозный проект первой сухопутной границы в истории Японии, не забыв при этом о тайном послании в адрес России через условный образ Двуглавого орла.  Японцы, отвечая за гравировку пограничных столбов, умышленно исказили государственный символ России, тем самым бросив тень на принцип равенства в изображении государственных символов России и Японии на пограничных столбах. К сожалению, сегодня эти столбы служат напоминанием о недопустимости вольного толкования  при изображении государственных символов.

Что касалось обозначения границы «каменными пограничными столбами», то под этими столбами в статье следует подразумевать «промежуточные граничные столбы». Это относится и к деревянным столбам «определённого вида», которые были также отнесены автором к категории пограничных столбов.

В статье говорится лишь о способах доставки каменных граничных знаков к месту установки, включая строительный материал или «конкрит» (англ. сoncrete – бетон), то есть цемент, песок и щебень, необходимый для изготовления бетонных оснований для столбов. Общий вес груза, столба и «конкрита», составлял 100 пудов или 1,6 тонны.

        Однако в статье не говорится о совместных денежных расходах, понесенных обеими комиссиями при закупке и доставке столбов из Японии, включая их гравировку на месте.

Итак, претворяя в жизнь свой грандиозный проект относительно обозначения новой сухопутной границы на острове Сахалине «постоянными знаками», японцы остановились на каменных знаках, с установкой на бетонных основаниях. Все расходы делились пополам между русской и японской разграничительными комиссиями. Причем, доставка столбов и «конкрита» на западный участок границы осуществлялся японской комиссией, а на восточный – русской комиссией. Финансовые расходы, понесенные русской разграничительной комиссией, как, впрочем, и японской, в статье отсутствуют.

Глава четвертая

О численности русской комиссии. Двенадцать фамилий – одиннадцать членов комиссии. Называем ещё шесть человек - членов русской комиссии. Состав подкомиссии. Переводчики русской комиссии – Мендрин и Васкевич. Поездка Васкеича в Японию. Встреча с Микадо. Воспоминания Васкевича. Полковник Лилеев о Васкевиче. Значение встречи Васкевича с Микадо. О председателе и членах русской разграничительной комиссии 1906 года.

Рассказывая о разграничении острова Сахалина, автор статьи сравнивает численность русской разграничительной комиссии 1906 года (5 человек), с численностью комиссии 1907 года (17 человек). Однако в своей статье он упоминает лишь двенадцать фамилий, в том числе председателя комиссии - 1, членов русской разграничительной комиссии – 10, прикреплённых к комиссии - 1. Причем,  четверо из них  являлись участниками разграничения острова Сахалина 1906 года.

Всего в статье упомянуты более шестидесяти раз (60) следующие фамилии (по старшинству): полковник Лилеев (9), подполковник Воскресенский (5), капитан Ахмаметьев (11), капитан Башнин (8), капитан Халев (6), капитан Гасс (5), штабс-капитан Виноградский (8), штабс-капитан Рунич (8), поручик Зафиров (2), поручик Красильников (1), врач Козловский (2).  Подпоручик Львов, начальник обозной команды, прикрепленный к комиссии (1).

К сожалению, в статье не указаны фамилии еще шести членов русской разграничительной комиссии 1907 года. Это подполковник Корзун, поручик Прокофьев, штабс-капитан Альберг, капитан Риуф, есаул Мендрин и губернский секретарь Васкевич.  

     Поскольку в статье говорится о русской подкомиссии, которая обследовала острова, лежащие южнее 50-й параллели северной широты, но не указаны их фамилии, я укажу состав подкомиссия, в которую вошли следующие члены русской разграничительной комиссии. Это подполковник Корзун, поручик Прокофьев и есаул Мендрин.

В этой связи в  «Русском инвалиде» появилось сообщение о выезде 4-го августа 1907 года  русской подкомиссии во главе с подполковником Корзуном и японской во главе с подполковником Матанабе  для  «объезда и передачи островов, относящихся к южной половине Сахалина и отходящих к Японии».

Отдельной строкой следует сказать о переводчиках японского языка есауле Мендрине и губернском секретаре Васкевиче. Оба окончили Восточный институт во Владивостоке, прекрасно знали японский язык, имели печатные труды о Японии, участвовали в русско-японской войне (1904-1905).

Например, есаул Мендрин с начала 1908 года готовился к профессорскому званию по кафедре японской словесности Восточного института.

Васкевич написал знаменитую «Поездку из Цуругу в Ниигату».

        

Кроме того, Васкевич сопровождал полковника Лилеева во время его командировки в Японию в качестве переводчика японского языка и присутствовал на его аудиенции с Микадо. Через много лет он напишет в своих мемуарах о разговоре с микадо, сказавшего  ему, что, мол, между двумя странами «должны царить мир и единение».

         

Васкевич Павел Георгиевич
 (1876-1958)

В этой связи я введу в оборот новейшие сведения о том, что через несколько дней после аудиенции с Микадо, полковник Лилеев в своём отчёте напишет несколько слов о Васкевиче, хотя и говорил с Микадо без переводчика японского языка, на французском языке.      

Вот как это было. Когда аудиенция закончилась, Микадо, простившись и пожав руку полковнику Лилееву, также подал руку Васкевичу, стоявшему позади Лилеева. Микадо спросил Васкевича, где он учился японскому языку и возвращается ли он вместе  с полковником Лилеевым в Петербург*. И это всё, что касалось Васкевича на аудиенции полковника Лилеева у микадо. Однако этого было достаточно для того, чтобы Васкевич заручившись разговором с микадо, приобрёл важный статус в делах Дальнего Востока по линии Министерства иностранных дел России.

         

В заключении я назову председателя и членов русской разграничительной комиссии 1906 года, которые принимали участие в разграничении острова Сахалина в 1907 году. Это бывший председатель комиссии подполковник Воскресенский и члены комиссии капитаны Ахмаметьев и Халев. Врач Козловскиий был прикомандирован к комиссии, но в 1907 году стал её полноправным членом.

__________

* Публикуется впервые.

Глава пятая

Подготовительные мероприятия. Основной перечень мероприятий. Численность нижних чинов. Сравнение данных. Количество лошадей. Рота 35 Восточносибирского стрелкового полка. Офицерский состав роты и др. Стадо «вьючных буйволов». Общий вес грузов в пудах и тоннах. Устройство путей сообщения. Промежуточный лагерь. Доставка столбов к границе. Устройство телеграфной станции в Хандасе 2-й. Краткий план астрономо-геодезических и топографических работ.

 

Какие выводы можно сделать исходя из статьи Н. Обручева относительно русской разграничительной комиссии 1907 года.

            

Рассмотрим перечень основных мероприятий, проведенных Приамурским военным округом при подготовке к разграничительным работам 1907 года.

1. Увеличена численность комиссии до 17 человек из состава войск Приамурского военного округа, включая  Генеральный штаб и Министерство иностранных дел России.
2. Увеличена численность нижних чинов, состоявших при комиссии, на 57 человек. Например, по данным капитана Ахмаметьев (Приложение 3) в 1906 году численность нижних чинов составляла 200 человек при 3-х офицерах и 6-ти вьючных лошадях, а в 1907 году - 260 человек нижних чинов и «вьючным обозом в 75 лошадей» без  упоминания офицеров. По данным Н. Обручева в 1907 году численность нижних чинов составила 257 человек при 73 лошадях, но без упоминания офицеров. За основу приняты данные Н. Обручева, поскольку разница с данными капитана Ахмаметьева небольшая.
3. По данным «Русского инвалида», в числе нижних чинов, состоявших при русской комиссии, находилась рота героического 35 Восточносибирского стрелкового полка, проявившего храбрость на полях сражений в русско-японскую войну под Ляоляном (1904).  Рота в составе 145 нижних чинов, 3 офицеров, врача и зауряд-прапорщика прибыла для разграничения острова Сахалина в Александровск 26 мая 1907 года. Газета отмечает, что «отдохнув в Александровске, рота двинулась на границу, куда на день раньше ушли японцы».
4. Выделено стадо «вьючных буйволов», в том числе рассчитанных для довольствия личного состава. Количество голов в стаде не уточняется. Таким образом, буйволы были первыми животными, которые прошли по вьючным тропам вдоль будущей границы, минуя рр. Мулейку и Муйку, дойдя до Центрального хребта Восточно-Сахалинских гор и, возможно, некоторые из них дошли до самого восточного берега острова Сахалина, омываемого холодными водами Охотского моря.

Всего из Александровска к границе, на расстояние 160 километров, было доставлено 7500 пудов груза или 122 853,72 килограмм  (округлено до сотых), или 122,85 тонн (округлено до сотых),  не считая  офицерского имущества. Кроме того, не малая часть груза была перевезена от р. Пороная до промежуточной базы в район Центрального хребта Восточно-Сахалинских гор и далее до восточного побережья острова Сахалина.

          

В 1907 году на восточном участке границы были проведены основные подготовительные работы:

1. Построена паромная переправа через р. Поронай для перевозки личного состава разграничительной комиссии, лошадей и буйволов. Теперь мы знаем, что на японских фотографиях запечатлена именно русская, а не японская переправа.
2.  Отремонтированы старые и устроены новые вьючные тропы, включая тропы, сделанные  вдоль крутых косогоров Центрального хребта Восточно-Сахалинских гор и его отрогов, которые прослужили до 1945 года. После 1945 года целые участки лесных и горных вьючных троп просуществовали вплоть до восьмидесятых годов прошлого века. В настоящее время в некоторых местах ещё можно встретить фрагменты старых троп, которые были построены во время разграничения острова Сахалина в 1906-1907 годах.
3. Построены деревянные гати в поймах болотистых рек и ручьёв. Одно из таких мест с гатью из тонких бревен я видел в 1972 году в пойме небольшого ручья. Построены мостовые переходы через небольшие речки. Саперы даже умудрились построить подвесные мосты в горах, которые в статье упоминаются как «чортовы мосты». Мост через р. Муйку (р.  Мойга) построен в 1906 году.
4. Доставили к месту установки каменные столбы, весом до 128 килограмм и строительный материал (цемент, песок и гравий). Например, для доставки каменных столбов сделали специальные волокуши для лошадей, однако насколько хорошо они зарекомендовали  себя на практике, в статье не написано. Возможно, волокуши так и остались на уровне проекта и каменные столбы, особенно в горных условиях,  доставлялась в район установки вьюком и далее вручную вверх по склонам сопок. Как известно установкой каменных столбов в точках прохождения граничной линии занимались японские рабочие под руководством геодезистов.
5.     Проведена телеграфная линия от Онор до Хандасы 2-й, которая была уничтожена между населенными пунктами  в 1905-1906 годах в результате боевых действий и лесных пожаров. Автор статьи отмечает, что устройство приемной телеграфной станции в Хандасе 2-й, принесло русской комиссии «большую пользу». И хотя автор не уточняет подробности о работе телеграфной станции, тем не менее, пункт приёма срочных телеграмм находился значительно ближе к границе, чем, скажем, телеграфная станция в Онор. Например, в 1906 году в русской комиссии был специальный посыльный, который за сорок километров доставлял телеграммы из Гродеково в Оноры и обратно.

Краткий план астрономо-геодезических и топографических работ на границе заключался в следующем:

1.  Предварительно определить положение  № 8 на Центральном хребте Восточно-Сахалинских гор.
2. Астрономически определить на восточном берегу острова Сахалина широту первого астрономического пункта
3. Установить тригонометрическую связь с пирамидой № 8.
4. Сделать топографическую съёмку пограничной полосы, лежащую к северу от 50-йпараллели северной широты и др.

Конец первой части

____________

ПРИЛОЖЕНИЯ

 

Приложение 1

 

Разграничение острова Сахалина.

1

 Передо мной подробный отчет председателя комиссии по разграничению острова Сахалина, генерального штаба полковника Лилеева.

       

Отчет этот настолько интересен, что заслуживает самого внимательного к нему отношения. Я сожалею только об одном, что размеры газетной статьи не позволят более или менее подробно остановиться на трудах этой комиссии.

        

Согласно Портсмутского договора¹⁾ Россия уступила Японии в вечное и полное владение южную часть острова Сахалина, с прилегающими к этой части островами. Причем для определения границы уступленной территории обе стороны должны были в возможно скорейший срок назначить разграничительную комиссию. Граница должна была проходить по 50 параллели северной широты.

        

В силу изложенного договора в 1906 году на Сахалине работали уже разграничительные комиссии: наша - под председательством генерального штаба подполковника Воскресенского и японская - под председательством полковника Осима.

       

Эти комиссии постановили определить астрономически 50 параллель в четырех пунктах: на берегу Охотского моря, у р. Пароная (Далее – Поронай), у д. Хандаса 2-я и на берегу Татарского пролива. В каждом из этих пунктов должны были быть поставлены большие каменные пирамиды на прочных бетонных основаниях. Нумерация их шла с востока на запад. Кроме этих пирамид вдоль 50 параллели следовало поставить каменные пограничные столбы и затем на всем протяжении границы прорубить просеку шириною в 10 метров (около 5 саж.).

        

Документами, определяющими границу, должны были служить съемки окрестностей каждого астрономического пункта и съемки северной и южной приграничных полос, по два километра шириною каждая ²). Относительно островов Монерона и Робена (Тюленьего) постановлено было определить их географическое положение и произвести съемки их. Кроме того решено было обследовать морские полосы Татарского пролива и Охотского моря южнее 50-й параллели.  

        

Разграничительные работы установлено было начать от р. Пароная в обе стороны: к западу и к востоку. При распределении работ японцы приняли западный участок от р. Пароная протяжением, как оказалось впоследствии, в 56 километров, мы восточный длиною в 75 километров.

      

Так как наш участок был значительно больше японского, то для уравнения тяжести работ японцы приняли на себя: съемку не только южной полосы как западного, так и восточного участков, но и северной полосы западного участка; съемку окрестностей астрономических пунктов и установку каменных пирамид; подвоз и установку пограничных столбов на западном участке; установку пограничных столбов на восточном участке при нашей доставке этих столбов и «конкрита» для устройства оснований (цемент, галька и песок, в сложности весом для каждого столба около 100 пудов), в пункты их постановок и доставку нашего астронома на побережья Татарского пролива и Охотского моря для определения там астрономических пунктов.

       

В действительности, однако, не все условия, принятые на себя японцами, были приведены в исполнение. Доставка нашего астронома на побережье Охотского моря не состоялась вследствие туманов и бурь, а несколько медленное исполнение работ японскими топографами понудило уже в 1906 году отказаться от их содействия, и на последних заседаниях комиссии в 1906 году в Отаро (Отару - А.Ш.) было решено, что русские топографы снимают северную

 

¹) Ст. IX и дополнительная к ней II ст. Портсмутского договора, Высочайше ратификованного 1-го октября 1905 года.

²) Съемки астрономического пункта делались в масштабе 1:10000, а съемки полос 1:40000

 

2

полосу как восточного, так и западного участков, а равно и окрестности астрономического пункта у Охотского моря.

       

В середине сентября 1906 года, с выпадением снега, разграничительные работы были приостановлены до 1-го июня следующего года. К этому времени были произведены нижеследующие работы: определены астрономические пункты у р. Пороная, у д. Хандаса 2-я и у Татарского пролива и на них установлены большие каменные пирамиды; была прорублена просека от р. Пороная до д. Хайдасы 2-й на протяжении 11 километров (около 10 верст), но направление части этой просеки оказалось неправильно и потому в 1907 году ее нужно было перерубать вновь; определено геодезически положение восьми пунктов параллели к востоку от астрономического пункта у Пороная, всего на протяжении 36 километров; в этих восьми пунктах установлены временные деревянные пирамиды и на всем этом пространстве прорублена была частью просека, частью визирная линия и устроена вьючная тропа с гатями и мостом через р. Муйку; закончены были съемки окрестностей упомянутых выше трех астрономических пунктов; сделана съемка приграничной полосы на 9 километров  к западу и на 16 километров к востоку от астрономического пункта у р. Пороная; сняты острова Монерона и Робена и обследованы, но только одними японцами, морские полосы Татарского пролива и Охотского моря.

        

Краткий перечень исполненных работ свидетельствует, что на долю подполковника Воскресенского и членов комиссии выпало много труда; нужно было не мало энергии и настойчивости, чтобы исполнить в течение менее года все эти работы.

        

В 1907 году состав каждой комиссии был увеличен до 17 членов, так как прежний состав из 5 членов, считая в том числе и председателя, признан был недостаточным. Вместе с тем, во главе нашей комиссии поставлен новый председатель, генерального штаба полковник Лилеев, человек, основательно изучивший Сахалин и издавший в 1906 году свой труд, озаглавленный «Остров Сахалин» ¹⁾.

        

Специально для работ на местности японской комиссии придано было 729 человек, считая, в том числе и кули и две лошади. Численность нижних чинов, состоявших при нашей комиссии, достигала 257 человек при 73 лошадях. Таким образом, японская комиссия превосходила нашу количеством рабочих рук, хотя на долю русских, вследствие более значительной величины участка, выпадало и больше работы.

        

В 1907 году главнейшие работы японцев должны были производиться на западном участке, на котором 50 параллель была уже определена, установленными в 1906 году астрономическими пунктами у р. Пороная, у п. Хандаса 2-я и у

 

¹) В продаже этой книги не имеется, так как она признана секретной.

 

3

Татарского пролива; все это давало возможность тотчас же приступить к рубке просеки. В другом положении находилась наша комиссия: участок её был в 1^1/2 полтора раза больше западного, астрономический пункт на берегу Охотского моря не был еще определен и до его определения приступать к рубке просеки было нельзя. Наконец, в отношении пользования путями, японцы были в более выгодных условиях. Они пользовались: 1) Татарским проливом, по которому на пароходе подвозились грузы к Пилево (ныне-Пильво), где были устроены обширные склады, обеспечивающие рабочие отряды, идущие с запада к р. Поронаю, 2) дорогой от Александровска к р. Поронаю, где был их главный лагерь и склад для отрядов, идущих от Пороная къ западу и 3) Охотским морем, по которому из залива Терпения подвозились запасы к приблизительному месту 50-й параллели для топографического отряда, работавшего на восточном участке.

        

Нашим же единственным путем была дорога от Александровска к биваку на р. Поронае. Отсюда все грузы приходилось везти к востоку до Охотского моря и так как для подвоза мы пользовались лошадьми, то нам нужно было наново устроить вьючную дорогу от головного пункта прошлогодних работ по совершенно не изведанной местности к Охотскому морю и исправить дорогу, проложенную в 1906 году. Для иллюстрации насколько тяжела была доставка грузов через сахалинскую тайгу и тундру, достаточно упомянуть, что первоначально вес нагрузки лошади определялся в 4 пуда; в августе, после того как мерзлота протаяла на большую глубину и прошли дожди, нагрузка была уменьшена до 3-х пудов, и, наконец, в сентябре нагрузка даже в два пуда была уже обременительна для лошади. К началу разграничительных работ 1907 г. состав нашей комиссии предполагалось распределить на следующие отряды и команды: 1) астрономический отряд капитана Ахмаметьева, для определения астрономического пункта у Охотского моря, 2) геодезический отряд капитана Башнина, для проверки прошлогодних и установки новых деревянных пирамид по параллели на восточном участке, 3) западный топографический отряд штабс-капитана Виноградскаго, для съемки северной полосы западного участка, 4) восточный топографический отряд капитана Халева, для съемки северной полосы восточного участка, 5) дорожная команда штабс-капитана Рунича для исправления дороги от п. Александровска до бивака на р. Поронае, устройства парома чрез эту реку, а также для исправления вьючной дороги, проведенной в прошлом году от р. Пороная на 40 верст к востоку, где поставлена была 8-я деревянная пирамида и для продолжения этой дороги дальше к Охотскому морю. Кроме перечисленных команд предполагалось еще выделить: обозную команду и команды хлебопеков и телеграфистов для проведения телеграфной линии от п. Онора до Хандасы 2-й и устройства в последнем пункте приемной телеграфной станции. 

4

Необходимо заметить, что эта телеграфная станция принесла большую пользу. Наконец, для объезда островов намечена была подкомиссия в составе трех членов нашей комиссии.

 Н. Обручев.

(Продолжение следуете).

___________

Приложение 2

Список

русской разграничительной комиссии  острова Сахалина 1907 года*.

 

1.      Председатель комиссии полковник Лилеев

2.      Заместитель председателя комиссии подполковник Воскресенский

3.      Член комиссии астроном капитан Корзун

4.      Член комиссии астроном капитан Ахмаметьев

5.      Член комиссии триангулятор капитан Башнин

6.      Член комиссии топограф капитан Халев

7.      Член комиссии топограф капитан Виноградский

8.      Член комиссии командир роты капитан Гасс

9.      Член комиссии ротный офицер капитан Альберг

10.  Член комиссии ротный офицер поручик Зафиров

11.  Член комиссии интендант поручик Красилин

12.  Член комиссии руководитель саперных работ капитан Рунич

13.  Член комиссии, заведующий обозом подпоручик Риуф

14.  Член комиссии счетовод подпоручик Прокофьев

15.  Член комиссии переводчик капитан Мендрин

16.  Член комиссии врач Козловский

17.  Член комиссии переводчик (подпоручик) Васкевич

_____

*Список составлен по материалам японской комиссии по демаркации границы на Карафуто (1907). На яп. языке.