В работе!

Анатолий Шестаков.

Пять открыток из Амбэцу (Карафуто)

***

Открытка первая.
Амбэцу с видом на север

***

1. Введение

Старые открытки времён Карафуто всегда полны сюрпризов, когда дело касается бывшей русско-японской границы на острове Сахалине (50-я параллель). Среди артефактов «японского периода» на Сахалине есть серия открыток, посвященных посёлку Амбэцу (安別), который существовал на берегу Татарского пролива вблизи государственной границы.

 Как известно, в прошлом Амбэцу (Возвращение, 1947) был довольно процветающим приграничным поселком, основная хозяйственная деятельность которого была несомненного связана с ловлей рыбы, заготовкой леса и добычей угля. Как говорится, налицо градообразующий фактор, способный превратить заштатный карафутский посёлок в небольшой промышленный рай, где жители могли позволить себе кататься, как сыр в масле. Собственно говоря, об этом можно судить по величественным видам руин Амбэцу, которыми сегодня наводнён интернет, благодаря фотографиям и видео туристов. Это остатки бетонных сооружений, разбросанных механизмов, разрушенного морем пирса и других следов «японского наследия» на Сахалине, включая «слёзы Карафуто», сосредоточенные на узкой полоске земли русской, именуемой в народе «Амбецу». И как вишенка на торте – огромное здание электростанции и высокой бетонной трубы, ставших негласной «эмблемой» одного из самых неприкаянных мест на острове Сахалине.

Однако, как бы «слёзы Карафуто» не давили на нашу жалость, всегда найдётся ложка дёгтя на бочку мёда. Поэтому, прежде чем мы перейдем к знакомству с первой открыткой, обратимся к истории охраны советско-японской границы со стороны СССР в 1926 году, т.е. за год до описываемых ниже событий. Это будет не самое приятное чтение, но разве «японский период» на Сахалине не заслуживает этого?

        

Итак, предлагаем ознакомиться с выдержкой из донесения пограничной охраны полномочного представителя ОГПУ Дальневосточного края от 14 августа 1926 г. «о хищническом лове рыбы японскими рыбаками у берегов Северного Сахалина и мерах борьбы с хищениями»:

«Жители японского с. Амбецу, расположенного на берегу Татарского пролива в 1,5 км от границы Южного Сахалина, занимающимся главным образом рыболовством, пользуясь отсутствием плавучих средств передвижения у расположенной в этом районе нашей погранзаставы, в туманные дни и ночное время хищничают в наших водах.

         

Для борьбы с хищниками наши пограничники вынуждены ограничиваться лишь обстрелом из винтовок предупредительными выстрелами, с чем хищники свыклись и неохотно уходят на свою территорию.

         

Обстреливать же хищников действительным ружейным огнём пограничники воздерживаются ввиду того, что в споре по пункту, где произведено ранение или убийство хищника, последние будут иметь преимущество, так как хищнические лодки во всех случаях, когда им требуется скорее уйти на свою территорию, пользуются услугами моторных лодок, которые в нужных случаях всегда выходят из Амбецу на выручку, благодаря чему нашим пограничникам трудно доказать, что тот или иной хищник ранен или убит в наших водах.

         

Сообщая о вышеизложенном, прошу о предупреждении через НКИД японского населения, хищничающего в наших водах, против них будет применено оружие…».   (1).

         

Этот краткий исторический эпизод был приведён в качестве примера к контексту истории «японского периода» на острове Сахалине с тем, чтобы мы перестали смотреть на прошлое, как на нечто собой разумеющееся. Упрощённое восприятие истории ведёт к отрицанию очевидных фактов и порождает безразличие к событиям, которые имели место быть в нашей истории, переводя их в альтернативную плоскость ложных суждений, далёких от исторической действительности, основанных лишь на визуальном восприятии объектов «японского периода» на острове Сахалине в качестве «японского наследия», включая Карафуто.

         

Собственно о старых японских открытках и пойдёт сегодня речь на страницах  моего персонального блога PervomaiskiyZ.

2. Амбэцу с видом на север.

Памятная открытка Амбэцу с видом на север (1927-2025).

Перед нами старая почтовая открытка времен Карафуто с фотографическим изображением морского побережья, гор и строений, с правой стороны, и небольшой морской акватории, с левой стороны снимка.  Открытка имеет прямоугольную форму, в центре которой в окаймление белого поля  помещена черно-белая фотография. Белое поле служит не только условной рамкой для фотографии, но и местом расположения пояснительного текста к фотографии. Текст со столбцами иероглифов расположен по бокам фотографии и читается справа - налево и сверху – вниз. В переводе на русский язык тексте имеет буквально следующее содержание: «Вид из центра посёлка Амбэцу на западном побережье Карафуто на горный хребет, по которому проходит японско-русская граница по 50-й параллели северной широт, и на российский мыс Пильво. X: (Отметка указывает на)  Пограничный хребет. О: (Отметка указывает на) Мыс Пильво. (Часть 1)».

Горизонтальная надпись внизу фотографии соответственно читается справа – налево и переводится как «Молодёжный отряд Амбэцу, Карафуто». (Возможен второй вариант – «Ассоциация молодёжи Амбэцу, Карафуто»).

Кроме того, на открытке  имеется круглая печать и две отметки - крестик и нолик, которые расположены непосредственно на фотографии и служат важным топографическим элементом, с помощью которых на открытке можно быстро найти нужный объект.

Какой вывод можно сделать, глядя на старую японскую открытку времён Карафуто?

Во-первых, общий вид открытки и все ее вышеперечисленные элементы были призваны помочь адресату ознакомиться с приграничным пейзажем, не имеющим никакой визуальной привязки к границе, кроме мыса Пильво,  который находился на территории СССР.

Во-вторых, именно мыс Пильво является ключом к разгадке тайны фотографии, не имеющей никакого отношения к границе и уж тем более к каменным пограничным знакам - четвёртому астрономическому и семнадцатому промежуточному, не считая пограничного рва между ними. Не случайно авторам открытки пришлось прибегнуть к указанию условных знаков и в тексте и на фотографии, как к вынужденной мере.

В-третьих, точка съёмки на открытке перекликается с другой точкой съёмки пейзажа двадцатилетней давности (1907-1927), запечатлённого неизвестным японским фотографом в период демаркации русско-японской границы на острове Сахалине. Тем не менее, нет оснований утверждать, что пейзаж на открытке воспроизведен с «репликационной точки съёмки», т.е. с максимальной точностью, поскольку старая точка съёмки находится севернее точки съёмки 1927 года.  Об этом можно судить по разности расстояний между горой на мысе Корсакова (Пильво) и оконечностью мыса Пограничного на первой фотографии и на открытке. Например, на открытке расстояние между горой и мысом увеличено, что говорит о смене точки съёмки не только по меридиану на юг, но и о смене её угла в сторону морской акватории. В этом смысле удалённость от первой точки съёмки привела к незначительному уменьшению масштаба географических объектов на открытке, а также  к появлению в пределах новой точки съёмки людей и домов.

Таким образом, можно сделать вывод, что, с одной стороны, авторы открытки не знали о существовании фотографии 1907 года, а с другой стороны, возможно, были в курсе ее существования, но не упомянули о ней лишь потому, что фотография была напечатана в книге, которая предназначалась для служебного пользования.

3. В поисках "крестика" и "нолика".

Памятна печать Амбэцу.

Как следствие, на открытке имеется круглая печать фиолетового цвета, которая содержит дополнительную письменную и графическую информацию, включая место действия, памятное событие, дату, объект посещения и др. Из всей серии открыток – эта открытка имеет самую четкую печать, пригодную для чтения и визуальной оценки рисунка.

В нижней полусфере печати, на белом поле, которое находится между двух берегов самой южной части острова Сахалина, помещены семь иероглифов, состоящие из трёх столбцов: два – справа и один – слева. Первый столбец (читая сверху – вниз и справа - налево) состоит из двух иероглифов (樺太) с указанием названия географического объекта на острове Сахалине - Карафуто. Второй столбец также состоит двух иероглифов (安別) с указанием населённого пункта – Амбэцу. Третий столбец состоит из трёх иероглифов    (青年団) с указанием статуса людей - Молодёжная группа и т.п.

В верхней полусфере печати (справа – налево) расположены шесть иероглифов (国境登山紀念), описывающих памятное событие: «В память о восхождение на пограничную гору». В центре печати между двух горизонтальных линий стоит дата – «5.8.27» (5 августа 1927 года), на заднем фоне которой изображена южная часть острова Сахалина. Контур рисунка плотно заполнен сплошными диагональными линиями до самого верха, где проходит поперечная линия с двумя цифрами по бокам (50-50), символизирующая 50-ю параллель северной широты.   

  В самой верхней (северной) части острова, на белом поле, изображен знакомый каждому японцу стилизованный силуэт шахматной фигуры из игры «сёги», ставшей символом русско-японской границы на острове Сахалине, как пограничный знак. Однако до настоящего времени мало кто из пользователей Рунета задумывался о признаках схожести пограничного знака с шахматной фигурой из сёги. Следует прояснить этот непростой вопрос в нашей публикации.

Итак, стилизованная под пограничный столб шахматная фигура, сохранив плоскую форму оригинала, стала состоять из шести, а не пяти граней, как на настоящей фигуре. Стилистически,  в верхнюю часть фигуры, имеющую заостренную двухгранную форму, была добавлена дополнительная грань, превратив её в трёхгранную – трапециевидную фигуру, а плоскую форму – в шестигранник. 

Таким образом, широкая плоская грань шахматной фигуры, оставленная без изменений на новом пограничном  знаке,  в первую очередь, стала южным полем для изображения императорской  16-ти лепестковой Хризантемы и семи иероглифов, которые были начертаны вокруг «священного цветка».

 Как следствие, Российский Двуглавый Орёл должен был находиться на обратной, т.е. на северной стороне поля, которая символизировала вечную тень, поскольку большую часть дня и года Двуглавый Орёл был лишён солнечных лучей. Вот такое астрономическое наказание придумали японцы для нашего Двуглавого Орла. Однако одного наказания японцам показалось недостаточно, и они выбили на  каменном пограничном знаке стилизованное изображение  поверженного Двуглавого Орла, тем самым бросив тень пренебрежения на работу русской разграничительной комиссии вообще и на Россию, в частности.

Что касается классической пятигранной формы шахматной фигуры, то стилистически она была сохранена на узких боковых гранях пограничного знака, которые были ориентированы на восток и запад соответственно.

Таким образом, несмотря на стилизацию шахматной фигуры, пограничный знак на печати был ориентирован в направление северной части острова Сахалина, т.е. в сторону СССР, отнюдь не для мирной игры в сёги, а для  настоящей войны с противником.

Символично, что «крестик» на горе противопоставлен «нолику» на советской территории, словно между ними действительно проходила 50-я параллель северной широты…

Все мои попытки найти на открытке, хотя бы одну отметку, оказались настолько тщетными, что я решил прекратить визуальный поиск и переключился на компьютерную визуализацию, используя для этого простейшие параметры яркости и контраста компьютера. Моя попытка увенчалась успехом, когда слева от вершины «мыса Пильво» - Корсакова я увидел ровный кружок белого света. А там, где левая сторона печати пересекает линию хребта, я увидел ровную черту, которая, наподобие правой палочку на отметке «Х», пересекала линию печати.        

Закончив поиски «крестиков» и «ноликов» на старой японской открытке, я задал себе риторический вопрос: «А что бы сделали члены молодёжной группы Амбэцу, если бы узнали, что через 18 лет (1927-1945) над Амбэцу будет реять красный флаг, как символ победы СССР над Японией, а государственная граница на острове Сахалине вообще прекратит своё существование?».

Фрагмент 

японской карты (Изд. 1936 г.) с указанием пяти астрономических граничных столбов на бывшей русско-японской границе острова Сахалина. 

Источник http://www.etomesto.ru

 4. Четыре "генерала" от сёги.

Итак, японская шахматная фигура, став стилизованной формой каменных пограничных знаков на бывшей русско-японской границе, была утверждена как в чертежах, так и в описаниях, приложенных «Акту разграничения острова Сахалина между Россией и Японией» (1908). Выше уже было сказано о верхней  скошенной части фигуры, направленной в сторону противника, а сейчас речь пойдет о самой интригующей части нашей истории относительно каменных астрономических и промежуточных граничных столбов.

       

Однако для начала предлагаю ознакомиться с короткой выдержкой из «Описания граничных каменных столбов», приложенных к Акту разграничения:

       

На японском языке (перевод): «Астрономические граничные столбы вырезаны из белого гранита в форме шахматной фигуры "генерал" из игры «сёги»…». 

В сёги «генералами» называют два типа фигур: золотой генерал (яп. 金将, кинсё) и серебряный генерал (яп. 銀将, гинсё).  О каком «генерале» идёт речь можно понять из контекста предложения – это «серебряный генерал», поскольку столбы «вырезаны» из белого гранита, который по цвету ближе всего к серебряному генералу. «Серебряный» генерал стоит рядом с «золотым» генералом, который, в свою очередь, стоит рядом с королём. Однако белый цвет гранита может олицетворять и «шахматное поле», но это уже нюансы, о которых пока рано говорить. Кроме того, следует отметить, что слово «генерал» в названиях является условностью, поскольку в японской традиции его величают «военачальником» (сё). 

В этой связи напрашивается фантастический вывод относительно существования на границе пятой фигуры, поскольку на одной из административных карт Карафуто тридцатых годов на ней указано пять фигур (См. карту выше). Сюжетом из области  фантастики можно назвать предположение, основанное рисунке на старой японской открытке, на которой японские военные прячут под землю астрономический столб, который, возможно, и есть та самая недостающая пятая фигура (См. открытку ниже).

       

На русском языке: «Астрономические граничные столбы представляют собой усечённые четырёхгранные пирамиды из беловатого гранита…».

«По определению русской разграничительной комиссии каменные граничные столбы имели форму «четырехгранной усеченной пирамиды», которая в ортогональной проекции состоит из шести сторон - основания, верхнего сечения (плоскости) и четырех трапециевидных боковых граней. Однако в действительности верхняя часть каменных столбов была увенчана японцами четырехгранной вершиной, наподобие четырехскатной (вальмовой, но не шатровой) крыши, где две грани, южная и северная, также имели трапециевидную форму, а две грани, восточная и западная, треугольную форму или вальму, с крутизной  каждой верхней  грани, примерно,  в 40 - 50 градусов. В ортогональной проекции каждый столб на бывшей русско-японской границе имел девять сторон, то есть одно основание и восемь видимых граней, где четыре грани являлись боковыми, а четыре грани верхними. Не исключено, что самое верхнее ребро четырехгранной вершины столбов  у японцев символизировало 50-ю параллель северной широты, как линия, соответствующая направлению линии настоящей параллели. При этом длина линии верхнего ребра на каждом столбе имела свою собственную длину. Например, длина верхнего ребра на первом астрономическом граничном столбе была восемнадцать сантиметров, хотя у «малого» промежуточного граничного столба длина верхнего ребра была на четыре сантиметра больше...». 

(Цит. по: https://pervomaiskiy.blogspot.com/2015/09/blog-post.html#more©)   

 

Как мы видим, русская комиссия не только не приняла японский способ описания пограничных столбов, но и лишила шахматные фигуры верхней скошенной части, тем самым дав понять японцам, что игра окончена, а столбы на границе должны служить мирным целям, а не являться символом нападения Японии на Россию и наоборот.

        

Сегодня много говорится о пограничных знаках, которые были сделаны в форме шахматных фигур и т.д. и т.п., но мало кто знает о достойном ответе русских офицеров и переводчиков, которые заключены в нескольких словах: «Астрономические граничные столбы представляют собой усечённые четырёхгранные пирамиды…». 

5. Тайна продолжается...

В работе

От автора

Глава пятая не предназначается для разоблачения  сюжета рисунка со сходным сюжетом на фотографией. Его уже давно разоблачили на известном  сайте https://pastvu.com ещё в 2021 году. И хотя фотография  там обрезана, впрочем как и в некоторых других  местах, тем не менее это дало толчок к поиску оригинальной открытки. И я нашел такую открытку на японском аукционе с пояснительным текстом, но без печати и скоро вы её увидите в данной главе. Собственно говоря, я преследовал в этой главе совершенно  другую цель, касающуюся мифического пятого знакоа на бывшей границе, о котором я кратко сказал в предыдущей главе. Причём данная открытка должна была послужить мне иллюстрацией и не более, а оказалось, открытка потянула за собой такой пласт истории, что я решил совместить две версии в одну. В этой связи я решил не переделывать главу, а оставить ее как есть и дополнить новыми сведениями. 

Таким образом,  благодаря ИИ Алисе, я смог вовремя найти новые сведения, а также узнать о людях в Рунете и за его пределами, которые собирают, систематизируют, публикуют и комментируют фотографии времён Карафуто. 

Автор картины не установлен

Старый текст

Неизвестная японская открытка времён Карафуто, на которой изображена группа японских военных, стоящих у астрономического граничного знака, установленного в яме. Нам неизвестны дальнейшие действия японцев относительно астрономического столба, а также неизвестен его порядковый номер. Например, в Рунете считают, что это четвертый номер, поскольку на печати видны детали, присущие лишь четвёртому номеру, установленному вблизи деревни Амбэцу. Но это всего лишь печать, которая, возможно, не имеет никакого отношения к этому знаку. Я не думаю, что этот знак может иметь отношение к пятому номеру, поскольку рисунок является фальшивкой. Просто художник перерисовал сюжет с другой фотографии, не имеющей никакого отношения к данному рисунку, убрал рабочих и вместо них нарисовал военных, увеличив количество людей с четырёх до пяти человек.

Не исключено, что рисунок на открытку был заказана администрацией Карафуто в честь памятной даты, связанной тридцатилетием образования гражданской администрации на Карафуто, которая, в свою очередь, совпала с тридцатилетием начала демаркации русско-японской границы на Карафуто (1906-1936).

Возможно, по этому случаю тридцатилетия, администрация Карафуто заказала и памятный штамп в виде круглой печати, на котором изображен каменный астрономический граничный столб, фундамент которого, в отличия от остальных столбов, облицован прямоугольными плитками и соответствующих надписей.

Памятный штамп:

В честь 30‑й годовщины начала управления администрации Карафуто, Тоёхара.

Сёва, 11‑й год.

23 августа 1936 г.  

Однако как бы японский художник не старался исказить историческую реальность на своей картинке, в Рунете нашёлся исторический артефакт, который лежал в основе его рисунка. Этим артефактом является старая японская фотография времён демаркации русско-японской границы на острове Сахалине, касающейся установки каменного промежуточного граничного столба.

На фотографии зафиксирован ответственный момент, когда после установки промежуточного граничного столба на гранитную плиту, на которой был высечен крест, через точку пересечения которого проходила граничная линия, т.е. 50-я параллель,  с помощью обыкновенного отвеса японский специалист  проверяет правильность установки промежуточного столба. Рядом рабочий утрамбовывает бетонный фундамент с тем, чтобы залить последний слой бетона и завершить строительство очередного промежуточного столба на русско-японской границе. Затем рабочие сравняют землю до верхнего основания знака и навсегда покинут это место, не зная, что через тридцать лет они станут прообразом для художника, который напишет картинку для памятной открытки, на которой они будут лишними персонами.  Номер столба мною устанавливается, возможно, это 13-й или 14-й номер.

Установка промежуточного граничного столба.

Примечания:

16 декабря 2025 года в японском сегменте интернета я случайно нашёл выставленную на продажу открытку № 1 из вышеупомянутой серии. На открытке чётко видны нарисованные от руки белый «крестик» на «пограничной горе» и белый «нолик» на «мысе Пильво». Стало ясно, что они были нарисованы вручную при проявке снимка, поскольку символы имеют белый цвет, а это является показателем локального воздействия на эмульсию. Отмечу, что мы правильно определили местонахождение географических объектов на открытке.

Продолжение следует